<< Декабрь, 2018  
Пн Вт Ср Чт Пн Сб Вс
     
 1
 2
 3
 4
 5
 6
 7
 8
 9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
      
Главная arrow ПУТЕШЕСТВИЯ arrow БОРИС БУРДА: НА ДЮКА ГЛЯДИ С ЛЮКА!
БОРИС БУРДА: НА ДЮКА ГЛЯДИ С ЛЮКА! Версия для печати Отправить на e-mail
06.04.2007
Знаменитый эрудит живет в центре Одессы. И как-то раз мы организовали совместную прогулку по этому весеннему городу.
О том, что Борис увлекательный рассказчик, знают все, кто хоть однажды видел его кулинарную передачу. Вот и сейчас он показал мне не только свои излюбленные места в Жемчужине у моря, а еще поведал исторические и личные воспоминания.
Рядом с домом Бурды дом, в котором жил Бабель.
-- У меня хороший сосед, -- улыбается Бурда. -- Мемориальные доски на стене дома менялись в соответствии с тем, что нам разрешалось раскрыть в биографии Бабеля... Сотрудники Литературного музея пытались выпросить у нынешнего владельца квартиры камин писателя. Но он не отдал. Говорит, мне тоже нужно что-то оставить потомкам. Ему сказали: «Но вы ведь и сами художник, творец...» Он только махнул рукой «А-а...» и не отдал.
-- Давно живете в этом доме?
-- Этот дом построили, когда мне было 9 лет. В нем родители просто получили квартиру. Я живу здесь уже около 50 лет с небольшими перерывами.
-- А родились вы где?
-- Родился я по блату. В клинике мединститута. Не просто так. Это не далеко от границы порто-франко. Потом жил недолго на улице ныне Нежинской, которая тогда называлась Франца Меринга. Франца Меринга, 5. У нас в Одессе почему-то очень любили деятелей Второго Интернационала. Теперь эти улицы переименовали. Хотя в принципе против этих людей мы ничего не имеем – просто они в Одессе не жили. А раньше улица Греческая называлась Карла Либхнехта и пересекалась с улицей Карла Маркса, а винный погребок на углу этих улиц в народе, еще тогда в 60-е годы, величали «У двух Карлов». В новые времена там даже открыли ресторанчик с таким названием.
ТУМБА С НАКЛЕЕННЫМИ АФИШАМИ
Она стоит углу Дерибасовской улицы...
-- Когда-то я брался за эту ручку и... Сейчас я ничего не могу сдвинуть с места, -- Борис берется за ручку тянет ее на себя, но ничего не происходит. – То ли я постарел, то ли механизм заржавел... А на самом деле эта тумба вращалась за эту ручку вокруг своей оси. Я помню во время фестиваля авторской песни, когда водил гостей по городу я похвастался, что очень сильный и могу сдвинуть эту тумбу. Все 50 человек навалились... Я думал, с корнем вывернут – ничего сделать не смогли. Потом я взялся одной рукой за ручку и развернул тумбу. Все нужно делать с умом. Почему она так поворачивается, не знаю. Мне рассказывали, что это была трансформаторная будка бельгийского трамвая. Этот трамвай был в Одессе еще аж в 1912 году. Одесса была 4-м городом Российской империи, в котором провели трамвай. И моя судьба с этим трамваем соприкоснулась. Дело в том, что заведующий моей профилирующей кафедры Людвиг Осипович Кон был сыном главного инженера бельгийского трамвая в Одессе. Тяжелая, наверное, была карьера у человека, у которого в советском паспорте было написано «Национальность: фламандец. Место рождения: город Париж». Зато мне повезло невероятно, он был необычайно интеллигентным человеком. Очень важно чтобы твой завкафедрой разговаривал с тобой латинскими поговорками. Помню, я очень быстро сделал какую-то задачу и он мне сказал «Бурда, если вы решили, сидите тихо. Quod licet Jovi, non licet bovi» («Что дозволено Юпитеру, не дозволену Быку»). На что я ему немедленно ответил «A bovi major discit orare minor» («У старого быка учится пахать младший»). Ведь он мне рассказывал, что когда сдавал тригонометрию, тоже решил задачу способом неизвестным учителю и поэтому чудом поступил в институт.
На нашей кафедре была здоровая моральная обстановка, потому что в присутствии человека такого высокого уровня образованности и интеллигентности было невозможно сделать что-то пакостное. Вот так бельгийский трамвай каким-то образом помог и мне.
ДОКТОР ЭСПЕРАНТО И КОШКИ
Чтобы оказаться в этом типичном одесском дворике, надо зайти в арку с улицы Дерибасовской, дом 3.
-- Этот дворик мне показала моя первая жена Белла. И когда мы с ней недалеко отсюда в загсе расписались, пришли сюда и фотографировались у этого памятника. Одни жильцы, поскольку тогда еще не было этой опознавательной таблички, нам рассказывали, что это польский граф, которому принадлежал этот дом. А другие говорили – что здесь захоронен повстанец. Участником какого восстания он был, недоговаривали. А на самом деле это Лазарь Заменгоф, придумавший язык эсперанто. Звезда, как вы знаете, символ стремления к далекой цели, а зеленый цвет – цвет надежды. Доктор Эсперанто – т.е. доктор Надеющийся.
-- Мы увидели вокруг несколько кошек. Это еще одно свойство этого двора. Здесь можно определять погоду по кошкам. Вы заходите через арку во двор и считаете кошек. Увидели одну или двух кошек, погода ухудшится. От 3-х до 6-ти погода будет хорошей. О, какое счастье! (во дворе три кошки) Значит, такая чудесная погода еще продержится... А если больше 6-ти – ничего предсказать нельзя. Погода становится переменчивой – то дикая жара, то вдруг холодный ветер начинает дуть. Об этом свойстве двора знаю только я.
ДЕРИБАС
-- Этот памятник де Рибасу поставили недавно, к 200-летию Одессы. А в то время когда я был школьником, просто любил здесь гулять. Мне нравилось, идешь, кругом город-город, а потом он внезапно кончается и – море.
ШКОЛЫ
-- Я поменял четыре школы, но главной была одна – 116. В те времена она была для меня важнее всего на свете. Это была исключительно хорошая школа. 1-я школа в Одессе второй ступени. Здесь была толковый, готовый на эксперименты директор Алевтина Ивановна Кудинова. Из этой школы поступали десятками с одного выпуска в МГУ и МИФИ.
Я помню, когда собирался оформляться в эту школу, разговаривал с товарищем, который в ней уже учился. Он мне объяснил, что жизнь в стенах этого учебного заведения невероятно сложна и в школе приходится проводить практически все свое время. И ничего другого не остается. В общем, стращал меня. Я все понял и задал ему всего два вопроса. Первый: «Жалеешь ли ты?» Ответ: «Нет, ни в коем случае!» И второй вопрос: «Хотел бы ты перейти в другую школу?» Ответ: «Нет, ни за что!» И вот я пришел в эту школу. Причем отличником. И в первой же четверти получил две тройки по алгебре и геометрии. Но я всегда был упорным и в итоге стал одним из трех, кто получил в своем году золотые медали.
В этой школе мы буквально жили, иногда оставались ночевать. Это когда готовили школьные вечера. Наши родители приносили нам термосы с чаем и бутерброды. Спали в спортзале на матах. Уровень школы был такой, что каждый класс во время своего дежурства устраивал для всех учащихся концерт на большой перемене. Если класс по каким-то причинам представление не устраивал, то дежурство считалось плохим и сам класс примитивным. Алевтина Ивановна (она недавно умерла в 82-летнем возрасте, вот на стене ее мемориальная доска) была активна до последних дней. Она регулярно организовывала мероприятия по поддержке учителей-пенсионеров. Она была исключительно энергичный и бойкий человек. Вообще это чудо, что в Союзе существовала такая школа с легким вольнодумством, с педколлективом, не умеющим ходить строем. И в итоге ее закрыли. Происходило это как обычно в те годы. Начали искать кучу идеологических обвинений. А последней каплей была такая: в школе появилась комиссия из ЦК КП Украины (а это в 100 раз хуже, чем из реакционного союзного центра) и начали опрашивать учеников «Кто знает, кто такой Владимир Владимирович Щербицкий?» Естественно ответ тут же выдали «Это первый секретарь КП Украины». А какой-то мальчик вспомнил и добавил, решив блеснуть: «Он сейчас с Брежневым на Кубе!» И это было главным обвинением – мальчик сказал просто «Брежнев», а не «товарищ Леонид Ильич Брежнев». Так школу и закрыли и сделали педучилище. Но даже если и сейчас поискать людей моего поколения из города Одесса которые так или иначе стали известными, в их биографиях найдется след 116-ой школы. Со мной за одной партой сидел ныне лауреат государственной премии России по ядерной физике Женя Грабовский, а в школьном ансамбле «Мажор» я аккомпанировал на пианино нашей «рожденной революцией» Наташе Гвоздиковой. Она была старше меня. Я тогда был в 9-м классе, а она в 11-з, классе пионервожатых. У них был только один мальчик на 26 девочек – Эдик Злотников. Он потом стал капитаном нашей команды «ЧТО? ГДЕ? КОГДА?» Как видите, школа у нас была непростая.
ПРО АЛЕВТИНУ ИВАНОВНУ
Алевтина Ивановна преподавала русский язык и литературу, но у меня она ничего не вела. Но педагог она явно была превосходный. Расскажу такой случай. Уже позже, будучи инженером, я получил предложение преподавать в математической школе факультатив, программирование. Пришел на первый урок, стою, волнуюсь. И вдруг увидел Алевтину Ивановну – она читала здесь (уже на пенсии) свой предмет. Она тут же поняла, что со мной происходит. И буквально за одну минуту объяснила, что нужно делать, первый раз зайдя в класс. «Не начинай свою лекцию, пока не добьешься тишины и порядка. Никого не перекрикивай. Не показывай, что нервничаешь. Немедленно, жестко и резко накажите главных закопёрщиков. Причем наказывать их нужно так – умело высмеять. Этого боятся все». В итоге мои ученики обращались ко мне со своими личными проблемами еще и после того как закончилось их обучение. А я ведь только подменял временно товарища... Так в конце руководство подошло, и предложили мне остаться насовсем – я их устраивал больше. Но, естественно, я отказался садиться на теплое место.
Алевтина Ивановна всегда вязала носки, которые дарила в качестве особого почета. У меня есть связанная ею пара. Я их одеваю, но очень редко. Уверен, ей бы было приятно увидеть меня в них. По натуре я бережливый, но не экономный человек. Мне кажется, я держусь на нужной грани. Я не трясусь над вещами, я их приобрел, чтобы они на меня работали. Я не сдуваю с них пылинки, но я и не люблю швыряться своими вещами – они мне помогали и я не хочу быть неблагодарным.
Моя самая первая учительница Надежда Алексеевна Белова. Она была превосходным педагогом. И мне в принципе с учителями повезло. И во многом тому что из меня что-то вышло, я обязан своим учителям. Они практически все были у меня очень хорошими, о всех сохранились крайне позитивные воспоминания. Причем не то чтобы я был любимчиком, нет. Мои товарищи по классу тоже были всегда довольны нашими учителями.
ПРО ЛИЧНУЮ ЖИЗНЬ
-- Была ли у вас школьная влюбленность?
-- Как и положено была. Но я о своей личной жизни не рассказываю.
-- Было бы интересно послушать о том, как вы писали записки в стихах, за косички девчонок дергали...
-- Все было значительно интересней, но это личные дела и о них я ничего не расскажу. Корреспонденты правы, что задают такие вопросы. Ведь читатели хотят знать о знаменитых людях всё. Но и я прав, когда говорю, что мое право не отвечать на подобные вопросы. Я хочу это оставить только для себя и это мое право. Я человек, в некоторой степени, скрытный и считаю, что данная область информации касается только меня.
ЛАОКООН
-- Это любимое всеми одесситами место. Когда я был маленьким, памятник Лаокоону стоял не здесь, а в сквере в конце улицы Розы Люксембург (там где сейчас стоит скульптура изображающая Петю и Гаврика). Раньше Лаокоон был кривым зеркалом отображающим мелкие политические неурядицы советской эпохи. Я помню как вдруг на нем появился фиговый листик. Потом выяснилось, что это личное распоряжение председателя нашего горисполкома товарища Синицы. О нем одесситы говорили: «Кому и журавль в небе, а мы у Синицы в руках». Так вот... Позже выяснилось, что сановный поэт Иван Рядченко написал на эту тему стихотворение, в котором выразил неодобрение этой акцией. За это тут же получил выговор по партийной линии, и его очередную книжку задержали в печать. Потом Лаокоону вернули первоначальный облик.
Я подводил к этому памятнику барда Григория Дикштейна. Дело в том, что он написал песенку «Лаокоон», где рассказал эту историю и придумал ей смешной конец. Мол, решили интимные части Лаокоона возродить и заказали их в Париже, а они оказались очень большими, потому что наша скульптура была уменьшенной копией французской. А из того, что сделали в столице Франции пришлось соорудить питьевой фонтанчик. Я Григория спросил: «Ты же о нас написал?» Но он мне поклялся, что даже не знал, что в Одессе есть Лаокоон. Правда или нет, не знаю -- верится с трудом.
ПАМЯТНИК ПУШКИНУ
-- Когда я привожу сюда гостей, предлагаю выпить воды из фонтанчика у подножья памятника (см. фото). И вот почему... Есть поверье, если хочешь еще раз куда-нибудь вернуться надо бросить монетку в местный водоем. Но поскольку мы, одесситы, народ не жадный, то чтобы вернуться в наш город еще раз, достаточно просто испить водицы из этого фонтанчика.
Памятник этот в Одессе очень любят. Одно время сюда приводили курсантов школы милиции и спрашивали: «Каковы годы пребывания Пушкина в Одессе?» Чтобы дать правильный ответ, нужно было всего лишь разглядеть, что на ленточке, украшающей арфу, эти годы написаны «1820-1824». А кто не разглядит -- тот не достаточно наблюдательный, чтобы быть в Одессе милиционером.
А в конце 50-х вдруг появилась пятиконечная звезда вверх ногами. Экскурсоводы отвечали, что это «Звезда пленительного счастья». А на самом деле в те годы кто-то заметил, что лира сверху украшена шестиконечной звездой и в этом заподозрили происки сионистов. Власти издали приказ безобразие прикрыть. Но шестиконечная звезда перекрывалась пятиконечной только если ее поставить верх ногами.
ПРО ПУТЕШЕСТВИЯ
Мы идем к Литературному музею, но от Пушкина пошли по площади возле городской Думы. Играют куранты на башне.
-- Так происходит ежечасно, -- объясняет Борис. -- Играют куранты мелодию Дунаевского из оперетты «Белая акация». Это наш неофициальный гимн. А никакого другого и не будет. Когда уходят с вокзала поезда их провожают этой мелодией.
-- А пароходы?
-- А пароходы не так как поезда. Мы сейчас поедем в порт и увидим как провожают пароходы. Раньше их было в Одессе гораздо больше.
-- Вы любите путешествовать?
-- Очень. Впервые я покинул Советский Союз и сразу попал в Бельгию. Это было невероятно, но времена, как мы помним, быстро менялись. Направили меня туда в составе делегации. Я ведь при всех генсеках аж до самого Горбачева был ужасно подозрительной личностью. А при нем в течение нескольких месяцев оказался номенклатурой ЦК КПСС. Я являлся заместителем председателя Всесоюзного Совета клубов авторской песни. Я этим очень активно занимался. А вся наша деятельность утверждалась именно на этом уровне. Смешно...
ЛИТЕРАТУРНЫЙ МУЗЕЙ
-- Моя первая жена работала здесь со дня его основания. Музей этот непростой. Моя хорошая знакомая, которую я привел сюда сказала: «Боря, как сюда ходить без раскладушки? Здесь надо неделю жить!» Это был всего лишь второй литературный музей широкого профили в Советском Союзе. И сейчас в его запасниках можно найти потрясающие вещи. Здесь был замечательный директор и вот мемориальная доска ему посвященная. Никита Брыгин. О нем мне рассказывали, что в 40-х годах он держал бар то ли в Бристоле то ли в другом английском городе. И когда его разоблачили, он чудом бежал. Поскольку на загранработе считается год за два, он рано вышел на пенсию. Он пришел в Обком: «Дайте работу!» Он был человеком образованным поэтому стоял у истоков создания литературного музея, директором которого вскоре и стал. И директором оказался очень хорошим. Он всегда боролся за музей, сотрудницы его обожали, а он всегда очень толково их наставлял.

Жена мне рассказывала, что как-то раз одну сотрудницу послали к режиссеру Вильнеру. Он работал на одесской киностудии еще тогда, в середине 70-х. И это поразительно, потому что он в 29-м году снял фильм «Беня Крик» по Бабелю. Сотрудница должна была узнать у режиссера что-нибудь интересное по этому факту, и может быть даже выпросить какой-нибудь исторический и важный для музея раритет. Но в итоге они не договорились. Вильнер накричал и прогнал. И вот Брыгин собрал всех сотрудниц и сказал им очень лаконичную речь: «Запомните, девочки, если вы хотите успешно работать в литературном музее, вы должны знать, что нет более нервного, легкоранимого, наглого, пьяноватого, скандального, трусливого, готового всех подозревать, что его все предают, существа, чем русский писатель и только русский актер может с ним в этом сравниться. Идите, девочки».
КЛУБ КВН
-- Это одна из лестниц, ведущих к морю. А вот это двухэтажное здание слева -- «Портклуб». Одно время он был для меня средоточием всей жизни. Мне было 19 лет когда в городе объявили набор в команду КВН. Тогда КВН был не то, что сейчас. Сейчас эту передачу тоже уважают и смотрят, то тогда просто улицы пустели во время эфира. В Одессе 300 человек подали свои письменные работы для участия в отборочном конкурсе. Подал и я. И оказался в числе 7-х, кого отобрали на второй устный тур. Помню, мне там задали вопрос: «Почему береза белая?» Я строго погрозил Валерию Хаиту пальцем: «А что ж вы, товарищ, не знаете, что в нашей песне «Широка страна моя родная» поется «нет для нас ни черных не цветных» поэтому береза и белая». Вот за этот ответ меня в команду приняли. Вся работа одесской команды проходила в «Портклубе». Это была ее база. Тут собирались очень интересные люди. Я оказался в выигрышном положении, как самый младший. Ведь люди как сообщающиеся сосуды. Если уровень людей, с которыми ты общаешься высок то, и твой обязательно растет. Ну и наоборот, конечно. Здесь было замечательно, хотя и трудно. И труднее всех оказалось мне. Дело в том, что в составе команды было два талантливых поэта. И как все талантливые поэты они с омерзением относились к просьбе написать 8 строчек песенки между двумя сценками. А я поэтом не был, и поэтому спокойно писал эти восемь строчек. В итоге на меня взвалили всю работу по стихам. Но при этом я всегда оказывался виноватым – происходила наша работа примерно так. Все работают над своими блоками, а я хожу и пристаю ко всем: «Скажите, о чем у вас сценка?» Чтобы знать, о чем писать песенку. Мне отвечают: «Потом, потом». А потом приходит время сдачи номеров, у всех готово, а один Бурда оказался не подготовленным. Но вот даже в таких условиях приходилось успевать.
МУЗЕЙ МИНИАТЮРНЫХ ПАМЯТНИКОВ
Возле Литературного музея находится палисадник с миниатюрными памятниками.
-- Территория вокруг Одессы -- это как раз та местность, что называется в сказках Лукоморьем. А с этими половецкими каменными бабами была интересная история. На место находки направили человека, чтобы он их паковал и отправлял сюда. Баб оказалось много и деньги, которые ему выделили на оплату почтовых услуг, скоро закончились. Он отправил в музей уникальную телеграмму: «Шлите еще денег. Все что было, истратил на баб».

-- Лет десяток назад в Одессе завели традицию: ежегодно 1 апреля устанавливать миниатюрный памятник. Первый посвятили Рабиновичу -- герою одесских анекдотов.

-- А вторым был памятник -- будущему гению. Сверху три одесские музы -- украинская, русская и еврейская -- Пушкин, Гоголь и Бабель. А это собственно яйцо, из которого должен вылупиться будущий гений. -- Борис вращает его. -- Смотрите, оно живое! (яйцо вращается вокруг своей оси).

-- Памятник "Антилопе Гну" и ее компании.
-- Рыбачка Соня и Костя.

-- А вот редкая вещь -- памятник человеку благополучно сейчас здравствующему -- Михаил Михайловичу Жванецкому. Вообще-то при жизни ставить памятники не полагается, но вот у меня никаких сомнений в том, что он эту честь заслужил. Он один из немногих людей, к которым при наличии прижизненного памятника, никаких внутренних возражений у меня нет.
-- У вас есть любимая шутка из Жванецкого?
-- Боже упаси! Это как тот полковник, у которого уже есть одна любимая книга, и поэтому дарить ему еще одну на день рождения не надо. У меня много любимых шуток.
К нам подходит мужик, просит отставить автограф на книжке.
-- Как вы относитесь к славе, знаменитости? Вот мы с вами гуляем по городу, вас узнают, все время со всех сторон звучит ваша фамилия...
-- Слава как котлета -- бывает хорошая, бывает плохая. Слава, которая бы заставила бы меня бегать от людей и прятаться от них, меня испугала бы. Вот как-то ко мне приехал мой коллега -- Семен Рубчинский -- очень известный человек в авторской песне, единственный заслуженный работник культуры Украины, получивший это звание за авторскую песню. Пошли мы с ним гулять по Одессе. Летняя Одесса, полно отдыхающих -- на одном квартале 7 автографов. Семен спрашивает: «Боря, как ты это выдерживаешь? Я вот шел по Андреевскому спуску с одним известным телеведущим и ему все тычут пальцем в спину: у-у смотри, такой-то! Он не выдержал, повернулся, начал кричать на людей. А вот ты улыбаешься, разговариваешь, общаешься». Я говорю: «Обрати внимание, каждый из нас сформировал свою публику. Его -- тычет ему пальцем в спину. Моя, посмотри, вежливо подходит, культурно обращается, по лишнему не тревожат, рассказывают интересные вещи. Каждый из нас не имеет права обижаться на свою судьбу». У меня практически никогда не бывает неприятностей с моими зрителями. Это воспитанные люди, с которыми приятно поговорить.
ДЮК
-- Похожие воспоминания есть у каждого одессита. В ночь перед выпускным сочинением все бывшие ученики школ идут к Дюку. Возле памятника собирается огромная толпа: есть поверье, что в свитке находятся темы экзаменационных сочинений. При мне назвали те темы, которые и вправду были на самом деле. Одновременно назвали и 50 других -- поэтому пользы здесь никакой. Единственная -- психологическая релаксация. Был еще глупый жеребячий обычай -- подсаживать какую-нибудь девушку прямо на шею Дюку и провозглашать ее королевой Дюка. Дюку при этом надевали на голову бескозырку, на шею гюйс -- матросский воротник. Вот такая была буйная ночь, но на экзамен люди приходили бодрые и не заспанные. Ну а теперь самое главное, -- одесская народная мудрость гласит -- посмотри на Дюка с люка. Вот Дюк, а вот люк. Не бойтесь, вам видится не фаллический символ, это свиток и есть.
Мы заглядываем за «спину» Дюка.
-- Покажу вам еще две интересные вещи. Это богиня Правосудия. Знаете, что в ней не так? Присмотритесь, глаза без повязки. Да, одесская Фемида нарушает правила и подглядывает. А видите -- настоящее ядро? Это вмурован французский снаряд времен Крымской войны. Тогда их эскадра обстреливала Одессу и эти вояки умудрились отбить кусок пьедестала у Дюка. Вдумайтесь, французы обошли вокруг Европы, чтобы выстрелить в собственного премьер-министра.
Подходим к Потемкинской лестнице.
-- Знаете какое количество ступеней? Это знают знатоки Одессы. Ведь их команда так и называла «192 ступени». Изначально было 200, но 8 уже съел культурный слой (укрепили и расширили набережную).
ДВОРЕЦ ПИОНЕРОВ
-- Вот наш Дворец Пионеров. Его, к счастью, недавно покрасили, хотя работ по ремонту еще много. В этом Дворце пионеров я был и учеником и учителем. В свое время я ходил в шахматный кружок. Здесь получил свой пятый разряд. Здесь я учился уму у Самуила Мутовича Котлермана, который выучил целое поколение одесских шахматистов, среди которых были и международные гроссмейстеры с высочайшими рейтингами. Я такого большого успеха не достиг, но тоже доигрался до первого разряда. Я ведь в школе сидел рядом с чемпионом мира по шахматам... Я как-то об этом сказал во время игры «Что? Где? Когда?», когда гостем игры был Гарик Каспаров. Он задумался буквально на секунду, глаза забегали, и вдруг спокойно так отчитал: «А... Семен Палатник. Международный гроссмейстер. Родился, как и вы в Одессе. Был чемпионом мира среди студентов и в команде. Но и правда -- он самый настоящий чемпион». А через три года я судил кубок России по «Что? Где? Когда?» уже в московском дворце Пионеров, увидал идущего по коридору с сопровождающими лицами чемпиона мира Анатолия Карпова. Мы вежливо раскланялись и он пошел себе дальше. Один человек из его свиты подошел ко мне и стал говорить какие-то комплименты. Я ему рассказал эту историю и спросил: «Вот интересно, а Анатолий Евгеньевич знает ответ или задумается?» Этот сопровождающий тут же убежал вслед за Карповым. Сейчас мне жутко интересно, задал ли он эту задачу Анатолию Евгеньевичу.
ПРО ПЛЯЖ
-- Вы любите ходить на пляж?
-- Безусловно. И только на Чкаловский пляж -- это практически единственный галичный в черте города. В начале 80-х ходили с осторожностью -- посетителей фотографировало КГБ. Здесь собирались любители восточных философий, как говорят, левые люди. Я к ним не имел никакого отношения. Просто привык к нему. На этом пляже первыми стали носить сверхоткровенные купальники, а потом купальники и плавки и вовсе отошли в область преданий. Это не строгий нудисткий пляж. Например, когда ко мне приезжает подруга из Уфы, самый молодой доктор медицинских наук РФ, она мусульманка и ей в принципе загорать без одежды не разрешается. Она спокойно ходит со мной на Чкаловкий, одевает купальник и никто ее за это не осуждает. Это пляж одесский, а значит терпимый. Одесса -- терпимый город.
-- А вы то сами как загораете -- в плавках или без?
-- Когда как, иногда полностью раздевшись, чтобы не выделяться.
ПРО КНИГИ
Мы приехали на книжный рынок.
-- Это место называется «Книжка». Я частенько здесь покупаю новинки. У меня дома несколько тысяч книг... Хорошие книги -- это те, которые возникает необходимость перечитывать. Например, я каждый год перечитываю «Теофил Норт» Торнтона Уайлдера. Герой этого произведения живет такой жизнью, которая привлекательна и мне.
Сейчас Борис Бурда пишет и издает кулинарные книги, но мало кто знает, что самой первой была научная -- «Автоматизированное проектирование оптимальных технологических систем», вышедшая в 1981 году.
-- А уже следом вышли три кулинарные -- «Угощает Борис Бурда», «Разговоры вокруг еды» и «Вкусно», -- уточняет Борис. -- Совсем скоро появятся еще три -- «Кулинария знатока», «О исторических блюдах» и «Сборник кулинарной эссеистики». У меня почему-то до сих пор есть чувство, что человек, написавший книгу, сделал что-то важное. Хотя книга, не отличающаяся чем-то выдающимся, кормить не будет. Для меня писательство -- огромное удовольствие. Где бы ни был -- дома возле компьютера, или в дороге с ноутбуком, я сажусь и печатаю -- для меня это так же естественно, как разговаривать.
 
Просмотров: 85413
Главная arrow ПУТЕШЕСТВИЯ arrow БОРИС БУРДА: НА ДЮКА ГЛЯДИ С ЛЮКА!
РЕПОРТАЖИ © 2006-2018. Все права защищены.
Использование материалов сайта возможно только при наличии согласия администрации и активной ссылки на источник.